Александр Алейник – Стихи

 

Александр Алейник

 

 

Сад

Поэма

 

 

1

Одинокой зимой

ты услышишь, как в окнах бумагой шуршит снегопад,

этот город немой

для тебя по ночам превращается в сад.

Ледяные дома

у тебя на глазах убирают поспешно углы,

умирает зима

оставляя впотьмах неподвижных деревьев стволы.

И тогда темнота

раздвигается медленно в сказочный свет,

и бежит пустота

от тебя в дребезжанье летящих карет,

и форейторы их –

фонари хлещут спины речных лошадей,

затухает их крик

на оскалах ночных городских площадей.

Сад шумит,

наклоняя из неба большое лицо над тобой,

если хочешь – возьми

и погладь ему гладкую спину рукой,

по коре проведи,

по окружной поверхности руку подняв в высоту,

там, где крона глядит,

как, качаясь, слепой человек на мосту.

 

2

Я засмотрелся,

как вырос он в комнате – сад,

на толпы деревьев,

похоже, не знавших оград.

На стаи гудящих,

летящих, поющих ветвей,

на перистый плащик,

на жизни дрожащей твоей.

Но ветер высокий

тебя под шумящий навес

над миром возносит

в сырые ладони небес, –

ты все забываешь –

только там не бывает оград,

из губ вынимаешь

апельсиновой косточкой сад.

Вес исчезает,

нет под ногою опор,

листва ускользает

в мелькающий крыльями хор,

и тает решеток

чугунная вязь под тобой,

деревья в воротах

вослед тебе машут толпой, –

теряя объемы,

теряя ворон, голубей,

и веток изломы

отпущены жизнью твоей.

Лети, отпечаток

воркующих губ звуковой,

с чугунной ограды,

сквози над чугунной травой.

О, если б услышать

тебя и свой собственный гул,

как они дышат,

углы твоих маленьких губ...

 

3

Руки свести – мост.

Губы свести – мозг

тысячи синих рыб

бросит туда – где ты,

где твоих ресниц

дугообразный тростник,

где египетский сон

в беге песчаных волн,

где отстал фараон.

Мы на поруки времен

приняты из тюрьмы,

выдвинуты из тьмы

подобьем блестящих перил

всем дугового моста, –

помнишь, я сотворил

тебя из ребра так,

как я хотел

тысячи жизней назад,

так, чтоб края тел,

как половины моста,

можно было свести

там, где живу я,

там, где живешь ты.

 

ТАНЯ БРУНОВА

Воспоминания – как соловьи.

Ты помнишь девочку и пенье.

От девочкиной маленькой любви

Ты отвернулся – вот спасенье!

Ушла... а в голубых глазах

была трагическая мука –

наш город вымер и зачах,

лишившись тоненького звука.

Потом она смеялась надо мной,

звонила по ночам, молчала в трубку,

дыханьем порождая рой

мечтаний, где меня как губку

таскала за собою на вокзал.

Я шел к часам как прокаженный,

глядел в толпу и замерзал,

я не видал ее и уходил смущенный...

Она ушла, оставив след,

вдали рукою помахала,

а я, бездомный карапет,

грущу о времени отвала...

13 июля 2011

 

АПРЕЛЬ

Расклейщик луж – афиш,

полузабытый ветреник,

событие лови ж –

сегодня город в ветре ник!

 

Над площадью – ретортой

грачей весть – знак,

что в улицах – аортах

пульсирует весна.

 

Так от Кремля к Скобе

пусть рушатся каскады

мокрых голубей

на клавиши фасадов!

Нью-Йорк